Сатьяджит Рай – человек

Выпуск 125. Добавлен 2016.10.26 13:44

Здравия всем!

Вот уже две недели подряд мы говорим об ипостасях индийца-бенгальца Сатьяджита Рая. Художник и режиссёр – какой же он был молодец! И сегодня мы обсудим третью – пожалуй что самую важную – составную часть личности Рая. Мы поговорим о Рае-человеке. Как писал Макс Горький: «Я вижу его гордое чело и смелые, глубокие глаза, а в них – лучи бесстрашной Мысли».

The Dukes of Stratosphear – Open A Can Of Human Beans

Да, «человек – это звучит гордо». Если только человек этот – стоящий. Как выразился один забулдыга: «На свете нет ничего круче, чем стать по-настоящему хорошим человеком». Высочайшая цель для каждого из нас – стать честнее, умнее, справедливей, терпимей и тому подобное. Как-то это вышло из моды. Вот фейсбук – да, поездки по свету – да, море друзей – да, а вот работа над собой (постараюсь не гневаться, не материться и не лгать, хочу быть сознательней, хочу умиротвориться, хочу быть всем довольным!) – это почти никем и никогда не обсуждается. Это – на втором или третьем плане. А ведь как приятно встретить подобного человека, побыть в его компании, послушать его слова! Тем – как некоторые говорят – и драгоценна культура: она учит человека быть человеком. В этом смысле Сатьяджит Рай был человеком стоящим. И это – само собой – отразилось на его творчестве. Вот посмотрите фильмы Ларса фон Триера или Михаэля Ханэке. Они жёсткие и мрачные, под стать самим режиссёрам. И посмотрите фильмы Рая – они светлые и человеколюбивые. «Узнаете их по плодам их», – заповедовал Христос, как мы любим повторять. Нам особенно приятно смотреть фильмы режиссёров, вроде Рая, Клера, Гиллиама, Кьюкора, Уэллса – всех этих моралистов, человековедов и подлинных творцов, понимающих зачем нужно киноискусство и как оно влияет на зрителей. Всё, что мы создаём – влияет на окружающих. Всё! И если вы сделали что-то, в чём заключена истина – люди получат истину. А если вы сделали что-то ради собственной выгоды – люди не будут получать ничего. Только вот первое – ради блага других – приносит куда больше кайфа, чем второе. Хочешь кайфа? Подари что-нибудь! Научись скромности! Растворись в творчестве!

Великолепный кинотитанище Жорж Садуль писал о Сатьяджите Рае: «В то время как другие индийские режиссёры ведут роскошную жизнь и превратились в «новых магараджей», у Сатьяджита Рая небольшая, трёх-четырёхкомнатная квартирка на втором этаже скромного домика, где он живёт с женой и сыном. В Бомбее и Мадрасе я видел, как кинорежиссёры в окружении свиты вели съёмки в студиях с роскошными декорациями. В Калькутте же я увидел Рая на съёмочной площадке, напоминавшей полуразрушенную ригу. Он смотрел в глазок камеры, передвигаясь с ней по павильону. Шла работа над фильмом «Трус». Несмотря на большую занятость, Рай всё же нашёл время, чтобы помочь одному из ассистентов, который снимал тогда свой первый полнометражный фильм». И пишут также: «Рай был ярым противником любого насилия. В 1966 году он призывал прекратить репрессии в отношении голодающих бенгальцев. Позже на центральной площади Калькутты Сатьяджит зачитал заявление деятелей индийской культуры, в котором осуждалась война во Вьетнаме». Вот мы и говорим – Рай был стоящим человеком.

Dave StewartA Good Man

Есть такое понятие – «древний род», когда семья чтит своих предков, гордится родословной, известна на всю округу как «семья великих отцов и дедов». Рай относился к такой семье. Его предки – которых Рай знал аж до десятого колена – были прославленными индийскими мужами и жёнами. Отца Рая называли «индийским Льюисом Кэрроллом», а его дед руководил важным религиозным обществом «Брахма Самадж» и водил дружбу с самим Рабиндранатом Тагором. Пишут: «Двоюродный дед Рая был «отцом бенгальского крикета». Жена дяди Рая – первой женщиной-врачом в Бенгалии. Упендракешори Рейчовдхури так звали родного деда Рая – был писателем, художником, публицистом и философом, а ещё лидером бенгальского религиозно-социального движения «Брахма Самадж». Отец Сатьяджита, Шукумар Рай, был знаменитым бенгальским писателем, сделавшим внушительный вклад в индийскую детскую литературу». И вот в такой-то семье, 2 мая 1921 года, в Калькутте, родился Сатьяджит Рай. И хотя принято считать, что дети гениальных людей мало чего добиваются в жизни, что такова генетика, в нашем случае генетика решила не вмешиваться. Сатьяджит Рай продолжил дело семьи по развитию индийской культуры. Иногда даже пишут, что «Рай своими фильмами открыл современную Индию всему миру». Предки Рая могли бы гордиться своим сыном.

Guided By Voices – My Son Cool

Аида Софьян пишет: «Первый автомобиль и первый телефон в Калькутте появились в семье Раев». Несмотря на всё это семейное богатство в прошлом, родители Рая были довольно бедны. В дальнейшем стало и того хуже, когда в двухлетнем возрасте Сатьяджит потерял отца, умершего – как сообщает Википедия – очень рано «из-за эпидемии лейшманиоза, который тогда не умели лечить». Мать Рая и он сам переехали жить к их родственникам. Будущее не казалось многообещающим.

Снова – Софьян: «Преодолев материальные затруднения, мать Рая нашла возможность послать его в Президентский колледж, где учились дед и отец Рая. Сатьяджит изучал там экономику, физику, биологию и химию. Однако эти науки не пробуждали в нём глубокого интереса. По-настоящему он был захвачен западной классической музыкой и непрестанными мыслями о кино». После Президентского колледжа Рай поступил в так называемый народный университет, основанный Рабиндранатом Тагором (его название – «Висва-Бхарати»). Он находится в Шантиникетане. Этот знаменитейший университет был открыт Тагором в год рождения Рая. Его основополагающий принцип – обучать студентов нетрадиционными методами. Пишут так: «Тагор полагал, что обучение в четырёх стенах, в школьных и университетских аудиториях, вызывает у учеников дискомфорт. Он создал «Висха-Бхарати» – место, где можно было учиться на свежем воздухе, сидя под деревом и слушая – по совершенно индийской мето̀де – слова мудрого учителя. Тагор верил, что каждый человек является гением, но ему может понадобиться помощь опытного наставника в том, чтобы раскрыть свой потенциал. Именно с такой целью и создавался «Висха-Бхарати»». Рай учился в тагоровском университете длительное время, изучая историю национального искусства, графику и прочие достойные предметы. Википедия – дай ей Бог здоровья! – сообщает: «Среди учителей Рая были известные художники Нондолал Бошу и Бинод Бихари Мукерджи». Чтоб вы понимали кто они такие, назовём их двумя «индийскими Энди Уорхолами». Кстати, в 1972 году Рай снимет документальный фильм о своём учителе Мукерджи под названием «Внутренним взором». Говорят, что фильм посвящён слепоте и старению художника, который, несмотря ни на что, продолжает оставаться творцом. Мы до сих пор нигде не смогли раздобыть этот фильм. Отправляли официальное письмо в «Висва-Бхарати», писали на Запад и на Восток, останавливали людей на улицах, прочёсывали Интернет – и всё без толку. Если Вам когда-нибудь попадётся этот фильм – обязательно им поделитесь. А вдруг он – как Рай или Мукерджи – стоящий?

The Beatles – The Inner Light

В 1943 году Сатьяджит Рай, «наловчившись рисовать красиво», пошёл искать работу. Пошёл – и нашёл. Он устроился художником в британское рекламное агентство «Keymer». Пишут, что он «получал всего лишь 80 рупий в месяц». Работа в рекламе, кстати сказать, закалила характер Рая и сослужила ему хорошую службу. А то ведь часто можно прочесть что-нибудь вроде: «Подлинный творец не может тратить время на рекламу или менеджмент…» Любая профессия – профессия. Любая чему-то может научить! Рай извлёк из рекламы важный опыт, который помог ему не потонуть в киноиндустрии: находить источники финансирования, контролировать дистрибьюцию, договариваться с продюсерами, да и просто решать свои дела с умом, обстоятельно.

После рекламы Рая потянуло работать в издательский дом «Signet Press» в качестве дизайнера книжных обложек. Соболев пишет: «Рай приобрёл имя способного и своеобразного рисовальщика, и ряд книг, которые он иллюстрировал, пользовались большим успехом». Тут он развернулся по полной! Его иллюстрации к романам и повестям, сказкам и детективам отличались неподдельным мастерством и чувством стиля. И опять же: не было ничего дурного в том, что Рай потратил с добрых десять лет своей жизни на работу в рекламе и в издательском доме. В дальнейшем, занявшись режиссурой, Рай часто сам рисовал плакаты-афиши к своим фильмам! И если б не работа иллюстратором, если бы Раю не заказали рисовать иллюстрации к одной знаменитейшей бенгальской книжке «Песнь дороги», возможно, он бы никогда не реализовался в качестве режиссёра. Господь водит людей дивными путями, верно сказано. И тот путь, который прошёл Рай, может показаться не совсем очевидным для киношника. Рая часто спрашивали: «Как так получилось, что рекламщик стал режиссёром?» А он абсолютно серьёзно отвечал: «А вы знаете, мне так кажется, что между двумя этими профессиями не такая уж великая разница». Как говорил апостол Павел: «Раю видней».

Gilbert O`SullivanDishonorable Profession

А вообще – Рай был невероятно разносторонним и талантливейшим человеком. Он не только работал в рекламе, рисовал обложки и снимал кино. Пишут: «Творческая деятельность Сатьяджита не ограничивалась кинорежиссурой. Он писал сценарии и музыку к своим фильмам. Ещё он бы автором многочисленных повестей и романов на бенгальском языке. Рая считали мастером мини-рассказов, он выпустил более тринадцати книг! Кроме этого он был издателем и редактором популярного детского журнала «Sandesh». А ещё Рай придумал героя по имени Продош Миттер (прозванный Пхелу) – молодого детектива, ставшего любимцев бенгальцев. И вот ко всему этому он писал песни, которые пользовались популярностью в народе. А чтоб вообще никогда не отдыхать, Рай занимался книжным дизайном и создал свой собственный шрифт, названный «Ray Roman»». И что тут добавишь?

Великие люди на всё найдут время.

Работа им в радость, а отдых – как бремя.

Без устали денно и нощно творит

Дизайнер-рекламщик-поэт Сатьяджит.

И чтоб окончательно сбить вас с толку, добавим, что Сатьяджит Рай обожал комиксы про Тинтина и написал несколько рассказов в жанре научной фантастики. Эклектика, дамы и господа, эклектика!

Acqua FragileScience Fiction Suite

Говорят, что внешность имеет мало значения. «Куда важнее сердце и глаза!» – как поётся в таульской народной песне эпохи кочующих гиаребов. И всё-таки внешность тоже может о многом рассказать. Есть целые науки – или почти что науки, не знаю – о влиянии мыслей и характера человека на его внешний вид: строение черепа, посадку носа и так далее. Идёшь по улице, видишь кого с большим ухом – значит танцор. А если тебе попадается бородатый старик с котомкой за спиной, который странновато улыбается и что-то шепчет себе под нос – значит точно блаженный странник.

Это всё, конечно, шутки, но шутить может каждый, а правду знают только избранные. И чего бы мы ни шутили, факт остаётся фактом: однажды встретившись с Сатьяджитом Раем, ты вряд ли когда его забудешь. Об этом писали и говорили все очевидцы! Вот так, например: «Сатьяджит Рай – человек двухметрового роста. Говорят, что он самый высокий бенгалец на свете». Или так: «Рай был человеком огромного роста – 1 м 92 см, и весом около 100 кг. Его рост на 30 сантиметров превышал рост среднестатистического индуса». Вот мы склонны верить, что в мире существуют знаки. И двухметровый бенгалец, который снимает чуть ли не лучшие фильмы на Земле – это как раз такой знак.

The Chemical BrothersGiant

Но рост ростом, реклама рекламой, а кино никто не отменял. Аида Софьян пишет: «Художник-график по образованию, Рай иллюстрировал книги и журналы, писал научно-фантастические романы и повести, переводил стихи и так далее. Воспитанный в традициях индийской культуры и философии, на произведениях Рабиндраната Тагора, раджпутских миниатюрах, фресках Аджанты и Эллоры, впитавший в себя многие образцы европейской и мировой культуры, он сумел по-настоящему выразить себя только в искусстве кино. Он «заболел» им с раннего детства. Шести лет от роду Рай заявил, что отправится в Германию изучать кино. Оттуда только что вернулся его дядя Нитин Бошу, известный в то время кинооператор и режиссёр». Оказывается, Рай с самого детства мечтал о режиссуре. Но мечты – это одно, а их воплощение – кстати, мало кто на свете отваживается воплощать свои мечты в реальность – это другое. Началось всё с детских грёз. Потом, поступив в Президентский колледж, Рай и вообще влюбился в кинематограф, музыку, графику, короче говоря – культуру. Он начинает смотреть кино, по-взрослому, осознанно, с интересом. Став постарше, он – прилежный студент – штудирует кинематограф, пытается его понять. Опять Софьян: «Всё свободное от занятий время Сатьяджит проводил в кинотеатре, где вёл себя совсем не как обычный зритель. Он делал записи». Какие же это были записи? Дадим слово Раю: «Единственное, что я делал долгие годы, – это смотрел фильмы: сначала учась в школе, просто как кинолюбитель, потом, уже как настоящий студент, серьёзно изучал технику съёмки и в темноте просмотрового зала делал неразборчивые заметки. Эти заметки касались методов монтажа различных режиссёров, большей частью американских: Форда, Капры, Хастона, Уайлера, Уайлдера». Вот она, единственная и настоящая школа! Как писал Геннадий Бросько: «Всему можно научиться самому. Даже хирургии! Было бы только желание… и несколько тёплых трупов! А-ха-ха-ха-ха…» Вот так Рай и учился. Как Орсон Уэллс, который по тысяче раз пересматривал «Дилижанс», как Квентин Тарантино в видеопрокате, как Джим Джармуш в Синематѐке – снова и снова смотрел, смотрел и ещё раз смотрел кино.

Знаете, а ведь как же оно всё-таки интересно – это самое учиться! Учиться по-настоящему, учиться чему-то новому, сидя под дубом ясным днём, читая Иэна Бэнкса, слушая гитарные переборы, смотря «Станцию «Фэйтфул»». Учиться – значит понимать, а понимать – значит становиться живее. Подлинная учёба не скучна. Она захватывает дух. Это как приключение. Вот был такой город – Иерихон. А что я о нём знаю? А может, мне о нём где-то что-то почитать? Или поговорить с каким-то виртуальным историком? Глядишь – а уже через год участвуешь в раскопках одной из иерихонских стен и пишешь монографию «О падении древнего города». И такое бывает. Так что, друзья и подруги, будьте крайне осторожны! А то выучитесь чему-нибудь, а оно вам всю жизнь поменяет. Вот так некогда и Сатьяджит Рай, маленьким мальчиком, может быть в шутку, не всерьёз, сказал маме, что станет режиссёром. Всякое бывает, это точно.

Chad & JeremyPantheistic Study for Guitar and Large Bird

Но Сатьяджит Рай не ограничился походами в кино. Он стал его показывать.

Пишут такое: «В 1948 году Сатьяджит Рай вместе с Чиданандой Дасгуптой основал первое в Индии киносообщество». Иными словами – они открыли киноклуб, самый первый в Калькутте. Это было «бенгальское общество любителей кино». Причём ребята не просто показывали фильмы всем желающим. Они их обсуждали, рассказывали посетителям о достоинствах или недостатках той или иной кинокартины и приглашали именитых гостей. В киноклубе Рая побывали такие режиссёры, как Жан Ренуар и Всеволод Пудовкин. Нам это особенно греет душу, потому что мы, создатели передачи «Киноведы», занимаемся тем же самым. Курируем – если так  можно выразиться – киноклуб под таинственным названием «SILENTIUM», где показывается всё, что только достойно внимания зрителя: от того же Рая до братьев Дарденн, от «Усталой смерти» Фрица Ланга до «Лурда» Джессики Хаузнер. Киноклуб – это вообще невероятная штука. Об этом следует как-то рассказать подробней, но здесь этой истории не место. Ждите повода.

Вайсфельд – которого мы верно назвали патриотом – пишет: «Рай постигал сложности культуры экрана с огромным вдохновением и скрупулёзностью. Он относился с симпатией и любовью к «Похитителям велосипедов», с настороженным и благожелательным аналитизмом – к поискам французской «новой волны». Особое значения для Рая имели советские фильмы «Броненосец «Потёмкин»», «Земля» и трилогия о Горьком – «Детство», «В людях» и «Мои университеты»». Да, такое кино Рай и правда любил. Когда у него получилось «смотаться» в Лондон – отправили в командировку, – Рай там времени не терял. Сутками напролёт сидел в зале кино – и смотрел. Смотрел картины итальянских неореалистов. Как говорят – то ли сам Рай, то ли его биографы, то ли и он сам, и его биографы – после « Похитителей велосипедов» он твёрдо уверился экранизировать свою – вернее, индийского писателя Бондопаддхайя – «Песнь дороги». Тогда-то Рай и понял, что идёт по верному пути.

FreeOn My Way

Аида Софьян: «Рай пришёл в кино с «пустыми руками» в том смысле, что начиная свой первый фильм, он не имел ни специального кинематографического образования, ни профессионального опыта работы». А вот – Рай: «В сороковые годы я видел американские фильмы Ренуара. А потом, в 1949, он приехал в Калькутту выбирать натуру к фильму «Река». Я узнал, что он приехал в наш город из газеты, где он поместил объявление о кастинге. В то время я работал в рекламе, и наше агентство находилось как раз неподалёку от отеля, где поселился Ренуар. Я просто пришёл к нему и сказал, что изучаю кино. Мы разговорились. Он был относительно свободен по вечерам, и я стал заходить к нему. Поскольку я неплохо знаю округу, я сопровождал его в поисках натуры. Наши беседы были для меня очень важны, они многое мне дали. К тому времени я уже закончил работу над иллюстрациями для специального издания романа «Песнь дороги». И я уже стал киноманом, мы организовали в Калькутте собственный киноклуб. Мне хотелось сменить профессию, я устал от рекламы. Я поделился с Ренуаром замыслом своего фильма. Он ответил: «Конечно, попробуй снять этот фильм. Кажется, может получиться что-то интересное». Вскоре я написал синопсис и начал искать продюсера. Так всё и началось».

Lambchop – Begin

Вот такой была жизнь Рая-человека ещё до того, как он стал Раем-режиссёром и Раем-художником. И вы знаете, так приятно читать о Рае! Всё – только хорошее и только с уважением. Те, кто знали Рая или кто хотя бы единожды с ним встречался, сходятся во мнениях о его натуре. Вайсфельд: «Меня поразила экспансивность Рая. Ничего от распространённого представления о восточной медлительности и сдержанности. Всё время в динамике, в живом общении с гостем. Непосредственность, эмоциональность оценок, искренность в общении, заинтересованность в продолжении диалога. Эти же черты характера наложили отпечаток и на письма, которые я нередко получал от Рая. В итоге складывалось в моём представлении привлекательное целое: за как будто спокойным течением фильмов Рая всё же всегда ощущается внутренний темперамент художника. Любопытнейшая диалектика!» А вот – Соболев: «Рай необычайно откровенен в своих интервью: если Рай чувствует в собеседнике ум и способность понимать то, что ему говорят, то его ответы превращаются в своего рода исповедь, в поразительные раздумья вслух…»

И поверьте, посмотрев фильмы Сатьяджита Рая, вы сами во всём этом убедитесь. До свидания!

* чтоби иметь возможность комментировать и читать комментарии зарегистрируйтесь или залогиньтесь