Прослушка (цитаты)

Выпуск 185. Добавлен 2017.12.20 12:38

Здравия всем!

На прошлой неделе мы обсуждали выдающийся телевизионный сериал «Прослушка» Дэвида Саймона. На этой неделе – продолжим обсуждать. Но если в тот раз мы разбирали «Прослушку», то в этот – послушаем разных умных людей, в том числе и самого Дэвида Саймона: что они думают об этом сериале, какие темы в нём затронуты, из-за чего Балтимор стал таким неблагополучным городом, клоакой наркотиков и насилия, и прочее. Будет интересно.

Steve Earle – I Feel Alright

Ирвин Уэлш, автор романа «На игле»: «Один мой близкий приятель на протяжении нескольких лет рассказывал мне о «Прослушке». Теперь, посмотрев сериал, я думаю, что это лучшее, что когда-либо создавалось на телевидение. Безусловно. Нет ничего равновеликого «Прослушке». После этого сериала британское телевидение просто невозможно смотреть: там только одно д****о! Меня раздражает, что «ВВС» или «ITV» создают столько д****а, в то время как есть такой пример – «Прослушка»! Мы, британцы, просто не знаем что такое качественное шоу! Сериалы, которые производят на «НВО», являются иллюстрацией того, насколько бедно и приземлённо наше телевидение! Вся Великобритания сходит с ума от «Клана Сопрано», однако британское ТВ всё равно продолжает пичкать нас тупостью, вроде «Чисто английского убийства». Наше телевидение необходимо реформировать, это точно! И особо примечательно, что у нас развелось множество сценаристов, которые клепают сценарии один за другим. Но ведь дело же не в этом! Не в том, чтобы сочинить трёхактную пьеску, а в том, чтобы – как это делают мастера-писатели на «НВО» – рассказывать истории. Так что нам нужны писатели, а не сценаристы. И создатели «Прослушки» это понимают… Совсем недавно я обедал с Дэвидом Саймоном. И я спросил его: «Как Вам, чёрт побери, удаётся выдумывать такую интересную и качественную историю?» И он мне ответил, что он крайне осторожен при отборе писателей-сценаристов. Вот в чём дело. В «Прослушку» не так-то и просто попасть!»

SharpshootersAnalyze

Майкл Коннелли, американский писатель, автор детективных романов: «У меня есть опыт сценариста. И я пишу романы. Так что я знаю, чем написание сценария отличается от литературного творчества. Принципы работы сценариста и писателя различны. В книге Вы можете хоть на ста страницах описывать то, что происходит в голове героя, но в сценарии это невозможно. Вместо этого в сценариях Вы обязаны снова и снова демонстрировать характеры персонажей, проявлять героев в действии и в словах, то есть обращать внимание зрителей на суть их личностей. Ну и понятное дело, что из-за этого многие сценаристы изображают своих героев однобоко: у них плохие – просто плохие, а хорошие – просто хорошие. И это то, что Вы чаще всего видите по телевизору – банальные истории о банальных персонажах, которые делятся на плохих и хороших. Однако в «Прослушке» этого нет. Величайшее достижение этого сериала заключается в том, что в каждом герое «Прослушки» обнаруживается многогранная, разносторонняя личность. Благодаря этому мы можем видеть какого-нибудь наркоторговца или убийцу, не лишённого сентиментальности, благородства или гуманизма.

Мне это достижение кажется невероятным. Авторы «Прослушки» – Пелеканос, Леган, Прайс – они каким-то образом умудрились уклониться от стандартных сценарных клише и стереотипов. Однажды я встретился с Дэвидом Саймоном на свадьбе Легана и спросил его, как им удаётся держаться на таком высоком уровне. Вот его ответ: «Это моё шоу, но я доверяю своим сценаристам. Я верю, что они хорошие рассказчики. И они понимают, что качество – это важно».

И конечно же, у «Прослушки» никогда не было высоких рейтингов, таких, какие достались на долю «Клана Сопрано». Возможно, высокие рейтинги могли бы быть, если бы авторы упростили свою историю и свели её до группы из пяти-шести персонажей-бандюг. Зрителю тогда стало бы легче «употреблять» сериал. Но они так не поступили! И это – рискованно и смело. Я это уважаю. Мне нравится складывать вместе два и два, размышлять над сериалом, пытаться его понять, делать усилие. Мне не нравится, когда мне всё подают на тарелочке.

Если Вы читаете хорошую книгу, то Вы словно приклеиваетесь к стулу. Вот это происходило со мной каждую неделю на «Прослушке»».

Paul Weller – I Walk on Gilded Splinters

А вот – журналистка и писатель Дрэда Сей Митчелл: «Мне кажется, что «Прослушка» особенно ценна тем, что она – подобна лучшим произведения Диккенса, Бальзака или Лу Рида – изображает «уличную жизнь», хотя это мало кто понимает. Более того, этот сериал превзошёл обычный формат социальных драм, давая нам панорамный вид современной городской Америки. Здесь есть всё: от политиков в мэрии до хороших копов, которые в действительности пло̀хи, и плохих копов, которые в действительности хороши».

Avon Barksdale & Slim Charles – If It`s A Lie, Then We Fight On That Lie

А теперь переходим к комментариям Дэвида Саймона. Вот: «В «Прослушке» одна Америка спорит с другой: Америка, в которой господствует преступность и распространены наркотики, спорит с богатой и комфортабельной Америкой. Да, наше шоу – это ответ той волшебной Америке, про которую снимают 350 телевизионных сериалов в год, о жизнеспособной и сплочённой американской нации, которая всегда получает, то что хочет и чего заслуживает, о нации с красивым лицом и прекрасными манерами. Такая Америка доступна Вам каждую ночь, если Вы включите телевизор. Но мы сняли драму о другой Америке». И вот: «Мой сериал – о так называемых «ненужным американцах», всех тех несчастных, которым наше правительство объявило настоящую войну под видом борьбы с наркотиками. Экономика оборачивается против «ненужных американцев». Они лишние в нашей стране, они мешают. Всё это – бывшие грузчики, уличные торговцы, наркоманы, армия молодых людей, которая тыняется по улицам или сидит в тюрьме, проститутки, сутенёры и так далее. Все эти лица нежелательны для американской экономической модели нового тысячелетия. Эта система давным-давно объявила «нежелательных американцев» нерелевантными».

The PoguesThe Body Of An American

Саймон: «В «Прослушке» речь идёт об одной простой вещи: то, что люди – все мы – с каждым днём сто̀им всё меньше и меньше, несмотря на то, что некоторые из нас становятся всё богаче и богаче. Это триумф капитализма».

Tyree ColionProjects

А теперь давайте с головой окунёмся в известную статью Дэвида Саймона об истории Балтимора, о том, почему Балтимор стал таким преступным, почему в этом городе обострились отношения между департаментом полиции и чернокожими. Иными словами, Дэвид Саймон расскажет Вам о том материале, на котором зиждется его «Прослушка». Слушаем: «Упадок института полиции в Балтиморе начался с борьбы с наркотиками, спору нет, но кол в сердце полицейского делопроизводства вогнал мэр Мартин О’Мэлли. Он реально уничтожил работу полиции. Когда он занял свой пост, от здания, которое можно было назвать общественно значимой работой полиции, оставалось всего два кирпича, и он умудрился и их разрушить. Все думают, что я так жёстко отзываюсь о Марти, потому что у нас с ним был скандал из-за «Прослушки»: будет ли это хорошо для города, будем ли мы снимать всё в Балтиморе. Но прошло много лет, всё кончено. Я пожал ему руку, когда мы встретились в поезде в прошлом году, мы похоронили эти разногласия. И да, если он будет кандидатом от демократов, то я за него даже проголосую. Тут нет ничего личного, я восхищен его позицией по вопросам смертной казни и прав гомосексуалистов. Но, положа руку на сердце, то, что происходило при Марти, когда он занимал пост мэра, объясняется тем, что он очень хотел стать губернатором. И он, веря в реальную службу полиции, обещал снизить высокий уровень преступности.

Изначально, только заняв должность мэра, О’Мэлли назначил Эда Норриса на должность начальника полиции. Эд знал своё дело. Эд был криминальным следователем и начальником в Нью–Йорке, он знал полицейскую работу. На какое-то время уровень преступности снизился, расследования велись хорошо — в случае с полицией Балтимора это всё равно, что толстяку сесть на диету. Просто не доедай свою картошку фри, и ты сразу сбросишь пару килограмм. Вначале снижение уровня преступности в Балтиморе под руководством О’Мэлли было законным, что отчасти было заслугой самого О’Мэлли.

Но ему этого было недостаточно. О’Мэлли было нужно добиться таких показателей, которые были бы не только неправдоподобными, но и которые невозможно удержать, не совершая махинаций. И тогда люди из городской думы переступили через Норриса и дали понять начальникам райотделов, что показатели снижения уровня преступности должны быть более значительными. В конечном итоге Норрис был сыт по горло вмешательствами со стороны гордумы и уволился, на его место пришли более податливые комиссары, и показатели действительно сильно упали, но только на бумаге.

Каким образом? Было две инициативы. Департамент начал уличные зачистки городских трущоб, совершая массовые аресты, отправляя сотни людей в городскую тюрьму, сотни каждый вечер и тысячи каждый месяц. В городской тюрьме были полицейские наблюдатели, которые предлагали арестованным бумажку, в которой говорилось, что ты можешь пойти домой, если подпишешь согласие о том, что власти города не несут никакой ответственности за ложный арест. Ты можешь его не подписывать, но тогда проведёшь выходные в тюрьме, пока не дождёшься встречи с судебным уполномоченным. Десятки тысяч людей подписали эту бумажку».

The Neville Brothers – Way Down In The Hole

Продолжаем погружаться в историю Балтимора. Дэвид Саймон: «Даже членов моей съёмочной группы (вместе с которыми я работал над «Прослушкой») задерживали по дороге со съёмочной площадки поздно вечером. Мы сворачивались к часу ночи в восточной части Балтимора и разъезжались по домам, многих останавливали копы. Главный помощник режиссёра Энтони Хэмингвей, чёрный, оказался в городской тюрьме. Никаких обвинений предъявлено не было. Он ехал за рулём, и когда его остановили, он начал объяснять, что имеет абсолютно все права находиться в этом месте, за что и оказался в балтиморском СИЗО. Никаких обвинений не было или они массово отзывались. Логика Мартина О’Мэлли была простой: если мы очистим улицы, то они перестанут стрелять друг в друга. Мы снизим уровень преступности, потому что улицы будут пустыми.

Город в конце концов получил иск от Американского союза гражданских свобод, но О’Мэлли оправдывает покушение на гражданские права чёрных по сей день. А чем это обернулось для пула присяжных – теперь каждый чёрный в Балтиморе знает, что полиция лжёт, а ведь эти присяжные действительно будут нужны, скажем, в случае расследования убийства. Но всё, чему в результате научились полицейские, это фабриковать основания для ареста и собирать информацию о подозреваемых, не соблюдая при этом конституцию. Массовые аресты дали им понять, что можно запереть за решёткой кого угодно, и не нужно искать тех, кто совершает преступления, не нужно вести расследования, нужно просто собрать всех и посадить их за решётку. И всё же люди были настолько напуганы преступлениями, что у политики О’Мэлли набралось достаточно сторонников. Например, члены советов и общественные лидеры, которые считали, что все на улицах – бандиты.

Однако это не так. Это были люди, которые не успели вовремя покинуть улицы или слишком долго засиживались на ступенях крыльца, пока их не «замели». Школьные преподаватели, сотрудники университета Джонса Хопкинса, съёмочная группа сериала, подростки, пенсионеры – все они попадали в тюрьму. Если вы думаете, что я преувеличиваю, то посмотрите в Интернете. Таков был результат работы городского мэра и его администрации».

Ogun & PhatheadWhat You Know About Baltimore

Ещё Саймон: «Как вознаградить копа? Есть два варианта: деньги или повышение. Вот как поощряют копов. Если вы хотите платить сверхурочные за то, что полицейские заполняют тюрьмы, арестовывая за простое хранение наркотиков или неповиновение, если вы хотите тратить муниципальный бюджет поощряя это, поощряя копов, которые ходят на судебные заседания 7-8 раз в месяц, а это всегда сверхурочные, то вам придётся удвоить им чёртову зарплату. С другой стороны, служащий, который на своём посту занимается расследованием и ищет того, кто совершил кражу со взломом, к концу месяца, возможно, совершит один арест. Возможно, это будет правильный арест, который сделает его участок безопаснее, но ему придётся сходить в суд всего один раз, и это займёт два часа. Ты не поощряешь того, кто действительно справляется со своей работой. Что ещё хуже, когда приходит время назначить новых сержантов и лейтенантов, и ты смотришь по базе, кого выбрать, смотришь, кто выполняет больше работы и видишь, что один коп совершил в прошлом месяце 80 арестов, а другой всего один арест. Ну и кто же из них получит звание? И кто будет взращивать следующее поколение копов так, что они тоже не будут знать, как выполнять свою работу? Я только что описал работу полиции Балтимора, одержимой борьбой с наркотиками, где за реальные расследования не дают наград, где арест за хранение или просто праздношатание – самый простой и очевидный путь к повышению и прибавке. Вот к чему привела борьба с наркоторговлей, и вот чего добился О’Мэлли, ежедневно сажая добрую половину жителей неблагополучных районов в полицейские фургоны».

Rod Lee – Dance My Pain Away

И вот ещё кое-что интересное от Дэвида Саймона: «Полицейские больше не поддерживали порядок на посту в этих пропитанных наркотиками балтиморских районах, на тех участках, которые они должны были защищать от преступности. Они не подкармливали информаторов и не учились тому, как правильно вести расследования. Для работы в полиции требуется набор определённых навыков. Но нет, они просто прочёсывали улицы и охотились за показателями.

Трущобы, пропитанные наркотиками от того, что там больше нечего делать, превратились просто в площадку для охоты. Копы там ничего не защищали. Они больше никому не служили. Они обращались с людьми на улицах подобно тому, как израильский патруль обращается с западным берегом реки Иордан, или как когда-то обращались власти ЮАР с обитателями Соуэто. Они – армия оккупантов. И как только всё стало так, то каждый превратился во врага. Полиция не собирается заводить друзей или информаторов, или учиться тому, как составить чистый ордер, или не давать ложных показаний под присягой без необходимой на то нужды. У них нет стимула выполнять свою работу лучше. Нет причин раскрывать преступления. За те годы, что они так себя вели, запирая весь мир за решётку, уровень раскрываемости преступлений упал на 30 %. Статистика раскрываемости преступлений с отягчающими обстоятельствами и всех тяжких преступлений существенно снизилась. Подумайте об этом. Если уровень преступности падает, а он падает, и мы имеем дело с меньшим количеством убийств, чем когда-либо прежде, и у нас назначено больше детективов по убийствам, и появились более совершенные технологии поиска улик, как тогда объяснить, что уровень раскрываемости преступлений сейчас составляет 48 %, хотя раньше он составлял 70 % или 75 %?»

Masta Ace & StricklandUnfriendly Game

Ещё Дэвид Саймон рассказывает о так называемой «подложной статистике», которой в «Прослушке» уделяется особо много внимания. Для того, чтобы снизить – разумеется, на бумаге, а не на улицах – количество убийств, изнасилований, погромов, грабежей, всего такого прочего, балтиморские копы составляли фальшивые отсчёты, выкидывали улики, угрожали свидетелям, отказывались брать показания – короче, делали всё то, что мы наблюдаем в «Прослушке»! Вы, конечно, вправе спросить: «А откуда всё это известно Дэвиду Саймону?» Ну, во-первых, он не вчера родился на свет, а во-вторых… Вот что он рассказывает: «Было много отставных начальников, у которых происходящее вызывало отвращение, которые жаловались на это в частном порядке. Если ты не журналист, которому обязательно нужно называть свои источники, а, скажем, пишешь сценарии для телевизионных сериалов, они спокойно выпьют с тобой пива и расскажут обо всех сокрытых тяжких преступлениях, оставив тебя с кучей исписанных салфеток». Вот так создавалась «Прослушка». И вот так – зарубим себе на носу – делается настоящая журналистика. Когда ты узнаёшь о фальсификации статистических данных, о полицейском произволе, о двуличии властей – и проводишь настоящее расследование, которым ты занимаешься не славы ради, не ради своего имени под заголовком, но ради – простите нас, но такова уж правда! – правды, вот тогда ты – настоящий журналист.

И вот что ещё рассказывает Дэвид Саймон. Это отрезвляет: «Однако всем этим ребятам из мэрии было недостаточно фальсифицировать собственную статистику. Администрация О’Мэлли прошлась по предыдущей мэрии и произвела собственную оценку итоговых показателей преступности. И догадайтесь что?.. В этом специальном обзоре было установлено, что предшествующая администрация занижала свои статистические данные по преступности, и О’Мэлли решил внести изменения и присвоить большинству преступлений статус уголовных, чтобы увеличить уровень преступности, который он унаследовал. Смекаете? Ему было намного удобнее заявлять об уровне преступности, упавшем на 30–40 %, первоначально завысив унаследованные показатели так высоко, насколько это только возможно. Этот поступок был действительно циничным».

Solomon BurkeFast Train

И на финал – разные разности от Дэвида Саймона. Слушаем его: «Я думаю, что, смотря «Прослушку», зритель быстро понимает, что ему предлагают сериал, нарушающий правила эпизодического телевидения. «Прослушка» структурирована иначе, это не обычный для зрителя сериал. «Прослушка» обладает формой современного многополюсного романа. По своему характеру это вообще не телевидение». Ещё: ««Прослушка» лишена «строгости академической работы» или «точности журналистики». Тем не менее я утверждаю, что наш сериал предлагает своего рода поэтическую правду о мире полицейских и торговцев наркотиками в Балтиморе». И вот так: ««Прослушка» делалась по тем же причинам, по каким кто-то садится писать журналистскую статью или колонку: чтобы поднять проблему, забить тревогу, рассказать о том, что что-то происходит не так, и в то же время объяснить как всё исправить. При этом я не тешу себя пустыми надеждами, что наш сериал изменит реальность к лучшему. Даже когда я работал журналистом, то понимал, что самая высококачественная журналистика не в силах изменить экономическую и социальную политику. Так что идея о том, будто бы телешоу способно этого достичь, кажется мне ещё менее вероятной». И ещё: «Моя задача – почему я делаю «Прослушку» – состоит в том, чтобы увеличить количество думающих людей, которую поймут, что война с наркотиками – это пустая трата и времени, и сил, и денег. Я прекрасно понимаю, что моё шоу не изменит весь этот чёртов бизнес, оно просто не в силах. Так что я просто намерен рассказать хорошую историю, о которой зритель сможет задуматься, историю о том, каково оно – жить в американском городе».

Так скажем спасибо Дэвиду Саймону за этот труд, за – возможно – лучший сериал на Земле. Спасибо!

А Вам – до свидания!

* чтоби иметь возможность комментировать и читать комментарии зарегистрируйтесь или залогиньтесь