Микеланджело Антониони

Выпуск 007. Добавлен 2016.04.25 16:22

Здравия всем!

Как говорит один из героев итальянского фильма «Дама без камелий»: «Мир кино очень велик». Есть в нём место и для таких выдающихся гениев, как Жан Ренуар или Чарли Чаплин, и есть место для тех, кого почти никто не знает: вот как не знают Александра Маккендрика или Ритвика Гхатака. Но есть ещё третья, совсем уж редкая категория режиссёров, о которых нельзя сказать ничего вразумительного: то ли они гениальны, а то ли – претенциозны.

К таким неоднозначным режиссёрам принадлежит Микеланджело Антониони, итальянский мастер арт-хауса. Призёр Каннского, Берлинского, Венецианского и прочих кинофестивалей, Антониони до сегодняшнего дня остаётся, возможно, одним из самых спорных режиссёров прошлого века. Им восторгались многие: Кубрик, Тарковский, Куросава, Вендерс, Джармуш, Скорсезе, Бертолуччи, Ларс фон Триер, Бела Тарр, Атом Эгоян и ещё многие-многие другие. Но иногда о его творчестве отзываются более чем сдержанно. Вот Ингмар Бергман, шведский кинорежиссёр, который скончался в один день с Антониони, признавался: «Я считаю некоторые его фильмы, такие как «Фотоувеличение» и «Ночь», настоящими шедеврами, однако другие его работы нахожу скучными и затянутыми, и вообще я не понимаю, почему к Антониони относятся с таким уважением». А вот один из основоположников новой французской волны Франсуа Трюффо: «Антониони – единственный хороший режиссёр, которого я не люблю».

Так кем же он был, что он думал, какие фильмы снимал и чем именно заслужил такую противоречивую репутацию? Давайте посмотрим.

Giorgio Gaslini – Musica Da Ballo

Почитатели творчества Антониони не скупятся на похвалы и называют его ни больше, ни меньше, как «самым значительным режиссёром ХХ века, поэтом с камерой в руках, классиком неореализма, академиком киноживописи, Сократом кинематографа, патриархом итальянской режиссуры». В девяностом пятом году на вручении почётного Оскара за вклад в киноискусство Антониони приветствовали бурными аплодисментами. Престарелого мастера представили на церемонии как «одного из величайших творцов кино». Чем же особенен Антониони и что делает его таким выдающимся в глазах многих киноведов и любителей кино?

Однозначного ответа на эти вопросы нет. Считается, что Антониони – мастер экзистенциального кино, главная тема которого – эмоциональная и духовная деградация личности в западном обществе. Герои фильмов Антониони пребывают в глубоком психологическом кризисе: они, в прямом смысле, лишаются чувств, эмоций, здоровых переживаний и как бы выпадают из жизни. Они – словно пустые болванки, которые не понимают зачем и ради чего им стоит продолжать жить. Такая вот непростая тема о чувственном омертвении, вкупе с явными режиссёрскими талантами Антониони, и превратила его в одного из величайших творцов кино. Тему бесчувственности Антониони, так или иначе, обыгрывал в своих фильмах на протяжении всей режиссёрской карьеры: от своей первой полнометражной работы «Хроника одной любви» до последнего своего фильма, короткометражной новеллы «Опасная связь вещей». В одних фильмах, по моему мнению, эта тема деликатно и гармонично сочеталась с другими, не менее интересными для Антониони темами, такими как непостижимость или даже эфемерность реальности, нищета и богатство, слава, красота, измена, путешествие. Но иногда эта тема чувственной скудости и усталости от жизни становилась для Антониони центральной и, образно говоря, душила его фильмы своей безнадёжной тоской. Вот приблизительно так и говорит Ингмар Бергман: «Фильм – это грёза, сон. Поэтому Тарковский – самый великий режиссёр из всех. Феллини, Куросава и Бунюэль обитают в том же пространстве. Антониони был на пути, но задохнулся от собственной тоскливости». И правда, от некоторых фильмов Антониони становится не по себе, они как бы перекрывают кислород и оставляют зрителя в бездушной антонионовской пустоте, в которой нет места радости или любви, а есть только одно – жуткое и безысходное Ничто.

Неоднозначное отношение к личности Антониони и к его творчеству преследовало режиссёра до конца его дней. К примеру, когда в семьдесят пятом году на экраны кинотеатров вышел художественный фильм «Профессия: репортёр», ему было суждено пройти незамеченным и непонятым тогдашней публикой. Сегодня же «Профессия: репортёр» считается чуть ли не главным фильмом Антониони, его лебединой песней и несомненным кинематографическим шедевром. Хотя, как по мне, в этом фильме гораздо больше скучного, чем интригующего. А вот об итальянском фильме пятьдесят пятого года под названием «Подруги» сегодня говорят мало, хотя есть такие люди, которые считают именно его замечательным примером таланта Антониони. Что тут скажешь? Сколько людей, столько и мнений. Каждый выбирает то, что ему по сердцу и каждый видит то, что ему всего ближе и понятней. А чтобы и вы могли определиться в своём выборе, поговорим наконец о самом великом мастере и о его фильмах.

Giorgio GasliniVoci Dal Fiume

Микеланджело Антониони появился на свет 29 сентября 1912 года в итальянском городе Феррара. «Моё детство», – рассказывает он, – «прошло счастливо. Моя мать была приятной и умной женщиной. В молодости ей довелось быть разнорабочей. Мой отец тоже был хорошим человеком. Он родился в рабочей семье, но ему удалось получить выгодное место благодаря вечерним курсам и тяжёлой работе. Мои родители предоставили мне возможность делать то, что я захочу. Вместе со своим братом, я проводил большую часть времени, гуляя на улицах с друзьями. Любопытно, что все наши друзья были пролетариями, бедняками. Бедные ещё встречались в те времена. Их можно было узнать по одежде. Но даже в том, как они её носили, была какая-то доля воображения, искренности, что и заставляло меня дружить с бедняками, а не с мальчиками из буржуазных семей. Я всегда испытывал симпатии к молодым женщинам из семей рабочего класса, даже позже, когда учился в университете: они более искренны и непосредственны».

Поначалу Антониони учился на филолога, но в итоге окончил Болонскую высшую школу экономики и торговли. Уже во время учёбы Антониони всерьёз увлекается кино. Для местной газеты он пишет кинорецензии, критикуя в них низкопробные итальянские комедии. Антониони не нравилось, что отечественные фильмы были пошлыми и безыскусными. Делать нечего – пришлось самому исправлять ситуацию и снимать то, за что бы ему не было стыдно.

После неудачной попытки снять свой первый фильм, Антониони всё равно принимает решение стать режиссёром. Он отправляется в Рим, чтобы обучиться там искусству кино и продолжить работу рецензента. Он пишет сценарий для Роберто Росселини, выступает ассистентом режиссёра у Энрико Фульчиньони и Марселя Карне.

В сорок третьем году Антониони приступает к съёмкам своего дебютного фильма – короткометражной документальной ленты «Люди с реки По», в которой рассказывается о жизни итальянских рыбаков. Завершить работу над фильмом режиссёру удалось только спустя четыре года, в сорок седьмом. О своей первой работе Антониони говорит так: «Раньше не снимали документальные фильмы о простых людях, это было запрещено при фашизме. Интерес к рыбакам По – к людям, которые живут в устье реки, в деревнях, которые всегда затапливает, когда вода поднимается, – был немыслим при фашизме. То, что я взялся за это, было важно само по себе, и, наверное, предвосхитило то, что потом назвали итальянским неореализмом. Но я хочу сказать, было очевидно, что камера должна заглянуть в этот мир, запечатлеть эти социальные проблемы. Я ничего не открыл, я просто показал то, что было вокруг«. Поговаривают, что Антониони снимал свой фильм о рыбаках с одной стороны реки По, в то время как с противоположной стороны другой режиссёр, выдающийся Лукино Висконти, тоже был занят съёмками дебютного фильма – полнометражной «Одержимости». И если Антониони своей работой предвосхищал эстетику неореализма – это такое направление в итальянском кино, – то «Одержимость» стала как раз первым образцом подлинного неореалистического фильма.

 Giovanni Fusco – Passeggiata

С сорок седьмого года по пятидесятый Антониони выпускает сразу шесть короткометражных фильмов: «Метельщики улиц», «Суеверие», «Семь тростей, один костюм», «Вилла монстров» и другие. А в пятидесятом году он завершает работу над своей первой полнометражной картиной «Хроника одной любви», в которой главную роль исполняет талантливая красавица Лючия Бозе. Уже с первого фильма Антониони становится ясно, что режиссёра больше интересуют эмоции и переживания героев, чем сюжет или социальный подтекст. «Что беспокоит современного человека? Какой отклик находят в его душе происходящие в мире события? Вот те вопросы, которые мы должны ставить перед собой в своём творчестве» – так говорит Антониони о задаче режиссёра.

В пятьдесят третьем году Антониони выпускает сразу три фильма: картину «Дама без камелий» – это ещё одна восхитительная, полная трагизма история с Лючией Бозе; «Побеждённых» – три фильма в одном, которые связаны темой подростковой преступности и гибели идеалов; и «Любовь в городе» – киноальманах из коротких историй семи итальянских режиссёров, среди которых – Федерико Феллини, верный друг и соратник Микеланджело.

В пятьдесят пятом Антониони заканчивает «Подруг» – изумительный фильм, который считается его первым шагом в сторону будущего стиля Антониони. Фильм глубоко психологичен и, как это свойственно для фильмов итальянского режиссёра, богат диалогами и яркими образами. А в пятьдесят седьмом Антониони выпускает «Крик», к тому времени свою самую громкую премьеру. Вот этот фильм по-настоящему безнадёжен и сер. Его герой, фабричный рабочий, убегает от всех и вся, страдая от измены своей возлюбленной. Печальное начало и печальный финал.

В процессе работы над «Криком» Антониони переосмысливает своё творчество и отказывается от неореалистической догмы, приводя в пример «»Похитителей велосипедов» Витторио Де Сика: «Мне уже кажется ненужным снимать фильм о человеке, у которого украли велосипед». Этим Антониони хочет сказать, что его больше не интересуют те социальные проблемы, которые интересовали доселе. По его мнению, пришло время для нового кино.

Giovanni Fusco – Bolero Avventura

«Новый способ отражения реальности – внутренний неореализм». Такими словами Антониони обозначил тот киноязык, изобретателем которого он стал к шестидесятому году, когда закончил снимать фильм «Приключение». Этот фильм, который поначалу оценили только самые продвинутые люди искусства, оказался краеугольным для всего творчества Антониони и, как заключали в дальнейшем, стал новым этапом в развитии киноискусства. ««Приключение» – это символ арт-кино», – отмечает один критик. – «Антониони бросил вызов стилистическим и сюжетным традициям коммерческого кинематографа, и вызов был принят».

Антониони действительно создал новый киноязык, новое направление в кино. При этом он не использовал инновационных технических средств или новые способы монтажа. Его инновация заключалась в другом: Антониони удалось перевести внимание зрителя от мира вещей и событий, как это было до сих пор, на внутренний мир человека. В центре его фильма – не сюжетные коллизии или нравственная идея, а чувства персонажей. Антониони часто повторял: «Я хочу подчеркнуть, что говорю только о чувственном опыте». Или: «В моих фильмах вообще ничего нет, кроме того, что вы чувствуете».

Следующий фильм Антониони – «Ночь» – оказался ещё более вдохновенной и совершенной работой в стиле внутреннего неореализма. Звёзды мирового кино, Марчелло Мастроянни и Жанна Моро, исполнили в нём главные роли. Фильм ожидал всемирный успех и признание кинокритиков.

А дальше – «Затмение», третий фильм Антониони, который вместе с «Приключением» и «Ночью» объединяют в трилогию. Одну из главных ролей фильма исполнил молодой сердцеед Ален Делон.

Трилогия Антониони произвела фурор. До итальянского режиссёра никто и никогда не снимал фильмы таким уникальным образом. «Иногда я намеренно снимаю так, чтобы показать бесполезность и абсурдность любых кинематографических правил. Главное – донести свою идею до зрителя, академическая правильность абсолютно не важна».

Во всех трёх фильмах – «Приключении», «Ночи» и «Затмении» – снималась муза Антониони, его любимая подруга актриса Моника Витти, с которой Антониони познакомился ещё в пятьдесят седьмом, во время съёмок «Крика». Говорят, что при первой встрече с актрисой Антониони воскликнул: «Вот то, что я искал!» В Монике Витти режиссёр отыскал тот печальный образ современной женщины, которого ему так не доставало  для своих фильмов. Актриса снялась в пяти его картинах и приобрела статус итальянской легенды.

Giovanni FuscoEl Eclipse Twist

Следующий фильм Антониони, «Красная пустыня», стал его первой работой в цвете. Режиссёр очень серьёзно подошёл к вопросу выбора красок. Перед съёмками он много часов сравнивал цвета на бумаге, чтобы понять, как выглядит зелёный рядом с сиреневым, а красный – с синим. Такой серьёзный подход объясняется тем, что режиссёр задумал использовать цвета для того, чтобы передавать эмоции и чувства своих персонажей. Антониони даже говорил, что главный герой «Красной пустыни» – это цвет.

Следующая его крупная работа – «Блоу ап», вероятно, вершина творчества итальянского режиссёра. «Блоу ап» – настоящая легенда в мире кино. Первый англоязычный фильм Антониони, за который его больше всего ценят как режиссёра. Дадим слово Джону Карпентеру: «Это блестящий фильм. Прекрасный пример фильма-загадки. Я обожаю эту картину. Не могу перестать ею наслаждаться: настолько она странная».

После «Блоу ап», который вознёс Антониони до самых вершин кинематографического Олимпа, судьба перестала быть благосклонной к режиссёру. «Забриски Поинт» – фильм шестьдесят девятого года, который со временем приобретёт статус любимейшего фильма всея хиппи – проваливается в прокате; и это несмотря на все тонкости режиссуры Антониони и музыкальную поддержку таких групп, как «Pink Floyd» и «Grateful Dead». Со следующим фильмом «Профессия: репортёр» произошло то же самое: спустя годы, этот фильм засматривали до дыр, но в семьдесят пятом, когда фильм только вышел на экраны, его освистали и моментально забыли. Об этой картине Антониони говорил: «Я верю, что особенности этого фильма заключаются в его деликатности. Он ничего не навязывает зрителю, никаких чувств и эмоций. Он позволяет увидеть в мире то, что хочет сам зритель».

«Профессия: репортёр» из-за своего неуспеха стала последней крупной работой режиссёра. Потом он работал над самыми разными проектами: телефильмом «Тайна Обервальда», где он опять экспериментировал с цветами и пригласил на главную роль свою старую добрую знакомую Монику Витти; художественным фильмом «Идентификация женщины» и «За облаками»; несколькими короткометражными фильмами, из которых последний, «Опасная связь вещей», снятый в 2004 году, вошёл в киносборник «Эрос». Но кроме этого был ещё документальный фильм «Китай», который поначалу запретили в Срединном государстве из-за политических соображений, а потом – реабилитировали на специальном показе в честь итальянского режиссёра.

К концу своей жизни Антониони ослабевал. После второго инсульта, который лишил его речи и отнял половину тела, режиссёр оставляет активную деятельность. Фильм «За облаками» он снимает не без помощи своего верного почитателя Вима Вендерса, а «Опасную связь вещей» Антониони помогают снимать Вонг Кар-Вай и Стивен Содерберг.

В старости Антониони всё больше времени уделяет своей давней страсти – живописи. Его картины и по сей день выставляются в родном городе Ферраре, в музее, посвящённом режиссёру. До последнего своего дня Антониони опекала Энрика Фико, его жена и верный друг, с которой он познакомился уже после того, как расстался с Моникой Витти. «Я думаю, что брак – это эволюция души, университет становления духовности», – говорит Энрика. – «Когда ты любишь гения тридцать четыре года подряд, то понимаешь, что помимо удовольствий это ещё и огромная работа. Потому что у гения очень мало времени, чтобы любить тебя, он всё время ускользает из твоих рук. Чаще всего ты можешь встретиться с ним там, на его заоблачных высотах, оттого ваша любовная связь становится, прежде всего, духовной. Но поскольку эти гении ещё и мужчины, то необходимо удовлетворять их капризы. Это достаточно легко, важно только понять: самый гениальный гений – всё равно мальчишка, ему всегда четырнадцать лет, даже если ему шестьдесят».

Энрика Фико утверждает, что Антониони умер во сне, с выражением покоя и полного удовлетворения на лице. Мастер европейского арт-хауса скончался, прожив девяносто четыре года. Молчаливый и необщительный, он, тем не менее, сказал своими фильмами более чем достаточно. «Вы не должны просить меня, чтобы я объяснял вам всё, что я делаю. Это невозможно. Как я могу объяснить, почему мне понадобилось что-то именно в этот момент, в этой сцене?.. То, что я делаю – инстинктивно». И ещё: «Не делайте из меня философа современной жизни – кем я просто быть не могу. Персонажи моих фильмов – это персонажи, не надо воспринимать их ни как живого человека, ни как некий символ. Не пытайтесь вынести мораль из их жизненной ситуации. Воспринимайте их как что-то реагирующее с вашим сознанием, превращающееся в личный эмоциональный опыт». Как говорил один из персонажей фильма Антониони, обращаясь к репортёру: «Мистер Локк, на все ваши вопросы существуют удовлетворительные ответы. Но, думаю, вы не понимаете, как мало мы можем узнать из них. Ваши вопросы гораздо больше говорят о вас, чем мои ответы расскажут обо мне». Вот именно таким мне видится Антониони: человеком, который не говорит лишнего, чтобы другие могли услышать самих себя.

Brian Eno & Bono – Your Blue Room

О самом Антониони часто судили по его фильмам – и ошибались. Как пишут о режиссёре: «Ворчливый, элегантный и гениальный Антониони не был чужд той упоительной радости жизни, которую итальянцы называют «алегрия». Он изучал экономику в Болонском университете, писал статьи для газеты и рисовал. Любил женщин, джаз, смешные открытки и был одним из лучших теннисистов в родном городе Ферраре». Но почему же тогда многие его фильмы такие меланхоличные, затянутые и даже обречённые? Мастер отвечает: «Для меня кино – это необязательно развлечение. Кино не ограничивается развлечением. Я протестую, я чувствую, что механизмы, на которых строятся шаблонные фильмы, большинство коммерческих фильмов, бессмысленны. На мой взгляд, эти механизмы фальшивы». Антониони искал новые пути самовыражения, он старался расширить границы кино – и ему это удалось. Да, не все его картины полезны для душевного здоровья. От некоторых из них, даже самых лучших его работ, может испортиться настроение. Однако есть в Антониони и нечто другое: что-то странное, необычное, ни на что больше не похожее чувствуется в его фильмах, как будто какая-то другая Вселенная со своими законами и красотой открылась этому режиссёру, и тот сумел запечатлеть её на киноплёнку. «Все фильмы рождаются из хаоса ума режиссёра» – говорил Антониони. И его фильмы – это дети этого хаоса, иногда уродливые и нескладные, а иногда невыразимо прекрасные. «Думаю, я всегда снимаю одинаковые фильмы. По-моему, я не меняюсь. С пятидесятых, когда я снял «Хронику одной любви» до сегодняшней «Ночи» я пытался придерживаться определённого направления. Я не думал о зрителях во время работы, и не потому, что я их не уважаю. Я не интеллектуал, хотя так многие думают, и не сижу в башне из слоновой кости. Я не думаю, что фильмы нужно снимать ради зрителей, денег или популярности. Фильмы, по-моему, нужно снимать ради красоты, и это, как мне кажется, лучший способ быть искренним в своей работе».

Ну что, сказано достаточно? До новых встреч!

Caetano VelosoMichelangelo Antonioni

* чтоби иметь возможность комментировать и читать комментарии зарегистрируйтесь или залогиньтесь