Лолита

Выпуск 109. Добавлен 2016.07.06 14:08

Здравия всем!

«Лолита, свет моей жизни, огонь моих чресел. Грех мой, душа моя. Ло-ли-та: кончик языка совершает путь в три шажка вниз по нёбу, чтобы на третьем толкнуться о зубы. Ло. Ли. Та».

Suzanne Vega – Lolita

Как любят говорить в кинотеатрах: «Стэнли Кубрик и Владимир Набоков представляют: шокирующий, вульгарный, эротический 18+ фильм для самых непристойных и отвратительных людей – «Лолита». В этом фильме держатся за руки, обнимаются, лежат на матрасе, мечтают, смотрят на фотографии и даже – не подпускайте детей к экранам! – говорят о летних лагерях!» Ой-ой-ой, тема сегодняшних «Киновед» настолько пошлая и грубая, что в любой момент нам могут перекрыть кислород и всех взять под стражу! Если вы сейчас слышите наше предупреждение, но всё равно продолжаете слушать передачу, тогда пеняйте на самих себя! Ваш компьютер-плеер-приёмник уже наверняка под колпаком спецслужб! Помните, как Морфиус впервые связался с Нео, чтобы предупредить его об агенте Смите? Мы вас предупредили. И теперь наша совесть чиста.

Художественный фильм Кубрика «Лолита» – по одноимённому роману-скандалу Владимира Набокова – увидел свет в 1962 году. Судьба этого фильма странна, как и само кино. С одной стороны, «Лолита» собрала хорошую кассу. Да и как ей не собрать хорошую кассу, когда это фильм про… Ну, про всякое такое, что всем и всегда будет интересно! Помните «Дневную красавицу» Луиса Бунюэля, его самый-самый прибыльный фильм? Как говорил Бунюэль: «Успех фильма объясняется не чем иным, как его темой. Проститутки и Катрин Денёв – вот вам и весь секрет». С другой стороны, «Лолита» была холодно – даже равнодушно – принята критиками. Джеймс Нэрмор пишет: «Многие кинокритики были разочарованы фильмом Кубрика. «Time» назвал «Лолиту» «печальнейшей и крупнейшей жертвой нового поветрия бездумных экранизаций», «Newsweek» – «торгашеской сделкой» с романом». Что касается европейских изданий, и в «Sight and Sound», и в «Cahiers du cinema» вышли отрицательные рецензии». Годар, не богатый на комплименты, писал: ««Лолита» – это простой и понятный фильм с чётким сценарием, показывающим, что такое Америка и секс по-американски… и подтверждающий, что Кубрику из кино уходить не стоит». А вот более беспристрастный взгляд на вещи, Роберт Стэм: «Картина доставляет больше удовольствия при повторном просмотре. Поклонники Владимира Набокова могут забыть о литературных достоинствах книги и насладиться сугубо кинематографическими радостями: отточенной игрой актёров и дивными мизансценами»». Что ж, поступим как обычно: не отворачиваясь от умных критиков – пусть и неумело, пусть любительски, но честно и весело, – попытаемся сами во всём разобраться.

StereophonicsLolita

Самое главное, о чём следует помнить, обсуждая «Лолиту» – кто её режиссёр. Стэнли Кубрику – после его «Троп славы» – присущи чёрный юмор, гротеск, сюрреализм, он увлекается «природным злом». В фильмах Кубрика – как писал Бросько – «актёры исполняют роли безумных или полубезумных клоунов; они не играют, а часто переигрывают, чего Кубрик добивался сознательно». Именно такие настроения – на 90 % кубриковские и лишь на 10 % набоковские – царят в чёрно-белой «Лолите». Она – по меткому выражению одного киноведа – есть «комичный кошмар». Вот почему «Лолита» так нравится Дэвиду Линчу! Он часто говорит об этом фильме, как о «фильме с удивительной, ирреальной атмосферой». Как раз линчевской атмосферой, добавим мы от себя. И правильно пишет Нэрмор, что «Лолита» Кубрика близка «Процессу» Орсона Уэллса. Оба этих фильма – как много параллелей между Уэллсом и Кубриком! – «исследуют ужас и комичность». Так и есть. «Лолита» – это какая-то комедия ужасов, совершенно кубриковский фильм. И жутко, и смешно – вот какова эта экранизация.

Фильмы Кубрика и вообще напоминают дурные сны, такие фантазии сумасшедших. Нэрмор – мы его ещё тысячу раз упомянем – пишет так: «Начиная с «Лолиты», в фильмах Кубрика появляются резкие перепады тональности, гротескные сочетания несочетаемых стилей игры и реализма с чёрной комедией. Кубрик – прежде всего сатирик: объекты его сатиры – человеческая глупость и варварство, а излюбленные приёмы – отстранение (всякое гротескное, уродливое, жуткое, фантастическое и кафкианское) и соединение строгой методичности с ужасающим абсурдом». И с нашей точки зрения, «Лолита» и «Доктор Стрейнджлав» – может, потому что они чёрно-белые? – ещё сохраняют допустимый баланс между той самой «строгой методичностью и ужасающим кубриковским абсурдом», про что рассуждал Джеймс Нэрмор. Но как только Кубрик разрешится «Одиссеей», этот баланс нарушится, абсурд в его фильмах – злобный абсурд – захватит власть и тогда всё и вся окончательно скатится в пропасть безумия. Можно себе представить, что Кубрик – от «Убийства» до «Широко закрытых глаз» – проходил некий путь становления, творческой эволюции, лишаясь радости и превращаясь – опять же, Бросько – в «режиссёра без тени улыбки».

Но Бог с ним, с этим философским анализом! Мы стремимся к простоте, которая всех ближе к истине. В документальном фильме о Кубрике некто сказал так: ««Лолита» – это первый фильм Кубрика, потому что невозможно представить, чтобы этот фильм снял кто-то другой. Это комедия, но в ней есть также и много серьёзного. Фильм рискованный, бьёт не в бровь, а в глаз. Актёрские работы великолепны, и в целом фильм потрясает». Вот эти слова – самые лучшие. «Лолита» Кубрика потрясает. Это – не в смысле темы, но в смысле режиссуры и актёрской игры – довольно рискованный и необычный фильм! А нас такое привлекает…

Morrissey – Don’t Make Fun Of Daddy’s Voice

Кто такой Владимир Набоков, думается, рассказывать не придётся. Прекрасно образованный человек, эмигрант, талантливейший писатель-златоуст, фантазёр и воображала, знаток литературы и языков, теннисист, ловец насекомых, переводчик «Алисы в Стране Чудес», поэт и романист, скандалист – имя Набокова известно каждому читающему человеку. Он писал и по-русски, и по-английски, он много преподавал и переводил, но в миру – замечательное словцо! – его прежде всего помнят как автора «аморальной и развязной» «Лолиты». Этой книге Набоков обязан многим: и своей славой, и своим материальным достатком, и даже успешной карьерой. О сюжете «Лолиты» рассказывать не буду – я никогда не дочитывал этот роман до конца, – но в общих чертах он известен всем: умный, но глупый мужчина влюбляется в молоденькую девицу – или девочку, не знаю как тут лучше сказать, – уезжает с ней на край света, теряет её, а потом опять находит, но только чтоб опять потерять, и на этот раз навсегда. Роман написан виртуозно, это – развратная интеллектуальная история гения литературы. Секс и ум – самое опасное сочетание. Джеймс Нэрмор – куда мы без него! – пишет: «В основе романа Набокова лежат мазохистские отношения европейского эстетизма с американской вульгарностью». Набоков – эстет, а для эстета – даже в эротическом произведении – стиль, искусство, форма важнее всего на свете. Так что читать «Лолиту» крайне приятно. Эта книга заставляет думать. Дай Бог, таки дочитаю…

Но для нас важно другое. Это сотрудничество двух мастеров своего дела, Кубрика и Набокова, которое завершилось экранизацией «Лолиты». Как пишет Нэрмор: «Книга заинтересовала Голливуд и угодила к Стэнли Кубрику, режиссёру, которому подобная экранизация была по плечу. У Набокова с Кубриком были общие черты: подчёркнутый эстетизм, увлечение шахматами и пристрастие к чёрному юмору».

Lou Reed – Turn To Me

Обратимся к историкам. Джеймс Нэрмор: «Прочитав «Лолиту» Набокова незадолго до выхода в свет американского издания, Харрис и Кубрик… незамедлительно купили права на экранизацию. Когда «Лолита» стала сенсацией и бестселлером, «Warner Brothers» пообещала Харрису и Кубрику миллион долларов, если им удастся обойти кодекс Хейса. Для этого Харрис и Кубрик позвали к себе консультантом Мартина Куигли, редактора газеты «Motion Picture Daily» и одного из авторов Производственного кодекса 1930 года. В его задачу входило помочь провести «Лолиту» через Администрацию кодекса и Католический легион благопристойности. От сотрудничества с «Warner Brothers» Харрис и Кубрик быстро отказались, поскольку студия стремилась контролировать творческие аспекты работы». Джон Бакстер: «В своё время Набоков настоял, чтобы на обложке американского издания книги не было изображения маленькой девочки; как-то в праздник Хэллоуина он испугался, когда у дверей его дома появилась девочка, просившая по обычаю сладостей, – девочка пришла с теннисной ракеткой, с волосами, завязанными «хвостиком» и табличкой с надписью «Лолита» на груди. Для роли требуется не настоящий подросток, объяснял Кубрику писатель, а кто-то, сочетающий физический облик ребёнка с искушённостью взрослого, возможно карлица. От этой идеи Кубрика передёрнуло, и он начал собирать фотографии юных манекенщиц и актрис. За год у него набралось около восьмисот фото. Харрис ревизовал Бродвей, просматривал телевизионные пьесы и рекламные передачи, а также пробовал подающих надежды молодых актрис, которых прислали агентства. Но при всех обстоятельствах годилась только малоизвестная актриса, и поскольку ни одна студия не вложила бы деньги в «Лолиту» без участия в фильме звезды экрана, самой настоятельной проблемой становились поиски актёра на роль Гумберта». Всех актёров подбирал Кубрик, после чего их одобрял Набоков. На роль Гумберта – и это ещё не полный список – рассматривались: Лоренс Оливье, Питер Устинов, Марлон Брандо, Кэри Грант, Эррол Флинн, Дэвид Найвен… В конечном итоге выбор пал на Джейсона Мэйсона. Говорят, что в «Лолите» он сыграл одну из лучших своих ролей. Нэрмор объясняет почему: «Роль в «Лолите» – одна из лучших в выдающемся послужном списке Джейсона Мэйсона. Почти все забавные, а также отдельные тяжёлые моменты в фильме проистекают из напряжённых усилий Гумберта сохранить самообладание… На протяжении всего фильма Мэйсон являет собой смесь утончённости, неумелости и романтических терзаний, в то же время позволяя нам увидеть Гумбертову тёмную одержимость и неприспособленность к современным реалиям». Заслуживает уважения и тот факт, что Мэйсон согласился на роль, не побоялся – в отличие от многих-многих других своих коллег – испортить репутацию. Вот, например, говорят, что «Кэри Грант в негодовании отверг предложение о роли». И вообще, большинство актёров отвечали Харрису и Кубрику отказом по «моральным соображениям», на что, конечно же, имели полное моральное право. «Лолита» – это не детская сказка, а провокационный роман. Для начала шестидесятых сняться в таком фильме значило совершить дерзкий шаг навстречу неизвестности. И Мэйсон его совершил. Он – как говорят в Новом Орлеане – не побоялся непристойности.

System Of A Down – Vicinity Of Obscenity

Об исполнителе главной роли в фильме, мужчине-соблазнителе-неумельце-интеллектуале, мы с вами поговорили. Но кроме Мэйсона-Гумберта в «Лолите» есть ещё комик Питер Селлерс, начинающая актриса Сью Лайон и другие. О Питере Селлерсе, который – как и в «Докторе Стрейнджлаве» – исполнил в «Лолите» сразу несколько ролей-ипостасей – пишут: «У Селлерса, как и у Кубрика, было своеобразное чувство юмора, и Кубрик высоко ценил его талант к импровизации – он был как джазовый музыкант, преображающий мелодию парой хороших риффов… Всякий раз, как в «Лолите» появляется Питер Селлерс, в фильме меняется тональность: реалистическая иллюзия уступает место то ли водевилю, то ли эстрадному шоу». Кстати, во многом именно этому «Лолита» и обязана своей странной ирреальной атмосферой. Селлерс превращает фильм во что-то другое, он сдвигает точку сборки «Лолиты» от мелодрамы – к шуточной и пугающей мистерии. Кстати, Селлерс в этом фильме – в некоторых сценах – старался говорить как Стэнли Кубрик. Факт малозначительный, но занятный.

Джон Бакстер: «Сью Лайон, рыжеватой блондинке из Дэвенпорта, штат Айова, было четырнадцать лет, и к тому дню, когда Пэт Холмс из агентства Гленна Шоу привёл её к режиссёру, подбиравшему актёров для «Лолиты», она уже год работала на телевидении и в рекламе. Кубрик посмотрел на девушку ещё раз, включил её фотографию в свою коллекцию и представил все фотографии Набокову. Перебирая их, писатель указал на снимок Лайон и объявил: «Никаких сомнений, она подходит». Харрис и Кубрик немедля заключили с ней контракт на семь лет». Так что исполнительница роли Ло-ли-ты была выбрана среди восьми сотен других красавиц-кандидаток. Толкуют, что актрису взяли на роль – не в последнюю очередь – из-за размеров её… из-за её размеров. И ведь как она сыграла! Нэрмор не перестаёт восхищаться до откровенности убедительной игрой актрисы. Она ведь и правда кажется то женщиной, то девочкой, то нимфочкой, то дьяволёнком… Так, стоп! Не стоит употреблять такие скользкие термины. Нас и так могут прикрыть за неприкрытую эротику, а мы тут ещё про нимфочек!.. Посмотрите «Лолиту», убедитесь, как хороша – в смысле актёрства – Сью Лайон и вспомните вот эти слова Нэрмора: «Профессиональный опыт Сью Лайон ограничивался парой эпизодических ролей на телевидении и победой на конкурсе «Мисс Улыбка» Лос-анджелесской окружной ассоциации стоматологов». Видно что стоматологи знают толк в хороших актрисах!

The Magnetic Fields – A Pretty Girl Is Like…

Теперь – о непосредственной работе Кубрика и Набокова. Набоков написал для Кубрика колоссальный сценарий, аж на четыреста страниц! Харрис шутил, что его даже поднять было сложно, а не то чтобы прочитать. Так что Кубрик – в своём стиле – урезал сценарий, выкинул из него – по своему мнению – всё лишнее и сделал так, чтобы кинороман Набокова – как ему видится – подходил для экранизации. Пишут: «Оригинальный сценарий Набокова сильно отличался от романа, но и из него Кубрик использовал лишь часть, хотя Набоков и попал в титры. Позже писатель опубликовал этот киносценарий под простым названием «Лолита: сценарий». Кстати, отвергнутый Кубриком сценарий предполагал появление Набокова в эпизодической роли «чудака с сачком» (писатель славился своей любовью к чешуйчатокрылым)». И ещё: «Хотя в общем Набоков был не против экранизации его книги, в последствии он пожалел, что в пустую убил столько времени на написание сценария, который был безжалостно порезан во время съёмок». В защиту Кубрика и Харриса скажем: позже они божились, что сценарий Набокова было бы невозможно экранизировать по ряду причин. Он был слишком откровенным, слишком сюрреалистичным и слишком долгим. Нэрмор: «Набоков написал не только чересчур длинный, но и в некоторых отношениях совершенно рискованный сценарий, использовав образы-грёзы в духе Феллини и прочие явно антиреалистические эффекты». И, тем не менее, снова-таки – Джон Бакстер: «Набоков был неизменно великодушен к фильму и всячески хвалил его прессе, а про одну сцену, придуманную Кубриком (когда Гумберт соглашается, чтобы похороны его жены оплатили), сказал, что сожалеет, что это не его собственная выдумка». Правда, согласно подписанному с Набоковым контракту, он не мог говорить о фильме ничего плохого, так что нам остаётся лишь надеяться, что слова писателя были искренними. Набоков говорил: «Исполнители главных ролей заслуживают всяческих похвал. Взять хотя бы Сью Лайон, приносящую завтрак или по-детски натягивающую свитер в машине, – такие моменты незабываемы и с точки зрения актёрской игры, и с точки зрения режиссуры. Я не принимал участия в самих съёмках. В противном случая я бы, возможно, настоял на том, чтобы заострить внимание на некоторых ключевых деталях, например, на многочисленных отелях, в которых останавливаются герои. Но я всего лишь написал сценарий, большую часть которого использовал Кубрик. Если некоторые аспекты повествования и были сглажены, то я тут ни при чём».

Как бы там ни было, что бы ни писали критики, а всё-таки кубриковская «Лолита» снискала успех. Её представили на Венецианском кинофестивале и это – как пишет Бакстер – «было первым важным признанием творчества Кубрика». А вот Нэрмор: «Относительный кассовый успех «Лолиты» сразу вслед за «Спартаком» наконец обеспечил Кубрику авторитет в Голливуде. Наступил поворотный момент в его карьере. Все остальные свои фильмы он будет снимать в Англии. Именно там обострится его любовь к чёрному юмору и расцветёт талант к карикатуре. Закончится их сотрудничество с Джеймсом Харрисом, который давно хотел заняться режиссурой. Они приняли полюбовное решение расторгнуть свой деловой союз. Харрис стал режиссёром и снял несколько картин… Кубрик же начал сам продюсировать свои фильмы, что ознаменовало главный этап его творческой биографии». Теперь Кубрик будет и продюсером, и режиссёром, и монтажёром, и одним из авторов сценария к своим фильмам. После «Лолиты» Кубрик станет взрослым.

Tom Petty & The Heartbreakers – Full Grown Boy

А если вы сомневаетесь, какая «Лолитушка» лучше – та, которая фильм или та, которая книга – вот вам слова Стивена Спилберга: «Меня всегда шокирует, когда я слышу, что Стэнли снимал фильмы не о людях, а о машинах. Мне случалось слышать, что фильм «Лолита» совсем не похож на книгу, но ведь сценарий писал сам автор, они работали в тесном сотрудничестве. Мне кажется, фильм гораздо лучше рассказывает о человеке, чем роман». Теперь можете спорить!..

И раз уж мы упомянули спилберговский шок, давайте поговорим о главном – или наиболее известном – аспекте фильма-книги: скандальности. О «Лолите» Набокова говорят: «Многие забыли, какой скандальной была «Лолита». Набоков никак не мог найти издателя ни в Штатах, ни в Великобритании. Поэтому книга была опубликована в Париже». Нэрмор: «Произведение Набокова так давно стало каноническим, что сейчас уже трудно охватить весь масштаб дебатов, вызванных первым изданием… Однако у «Лолиты» были и весьма серьёзные защитники среди выдающихся литературных фигур того времени. После первой европейской публикации Грэм Грин назвал роман в числе лучших книг года. Когда «Лолита» появилась в Америке, Лайонел Триллинг обратил внимание публики на то, что это история о романтической любви, а не просто о сексе». И так: «Набоков не ожидал такого успеха. Впоследствии он похвалялся, что осмелился затронуть одну из как минимум трёх тем, фактически являвшихся запретными в американском книгоиздании; две другие – «прекрасный, успешный чёрно-белый брак с кучей детей и внуков» и «атеист, проживающий счастливую и полезную жизнь и умирающий во сне в сто шесть лет»». А теперь – о проблемах со съёмками фильма: «Из-за скандальности фильма у него возникли проблемы с прокатом. Чтобы добиться проката, Кубрику пришлось перемонтировать «Лолиту». Позже он скажет так: «Если бы я знал, какими суровыми будут ограничения, возможно, я бы не стал снимать этот фильм»». Ещё пишут: «Потому как цензоры не могли себе позволить и намёка на педофилию, возраст Лолиты был увеличен с двенадцати до четырнадцати лет». А вот что говорит один из создателей фильма: «Католическая церковь держала цензорский аппарат, и если они находили что-то в твоём фильме, они рассылали предписания по всей стране, и просмотр этого фильма считался грехом. Мы потеряли шесть месяцев, потому что фильм был запрещён. В фильме есть такая сцена. У кровати стоит фотография Лолиты, и когда Гумберт и его жена Шарлотта ложатся в постель, может показаться, что Гумберт использует фотографию Лолиты в качестве сексуального стимула. Я это, конечно, всегда отрицал, но, откровенно говоря, я думаю, что они были правы». А ещё была сцена совращения Лолиты – или Гумберта, там сложно разобраться, – ещё были сцены ревности, сцены педикюра… Со всем этим непотребством Кубрику и Харрису приходилось разбираться день ото дня. Они сражались за свою «Лолиту», шли на уступки, хитрили… В общем, всё как на войне с неприятелем. Ну и – как всегда – скандалы скрывают за собою весь смысл. Пускай «Лолита» непристойна, аморальна и дерзка. С этим никто не будет спорить. Но я буду спорить, что «Лолита» этим и ограничивается. Вот послушайте Кубрика: ««Лолита» – это, безусловно, одна из величайших любовных историй. Я думаю, что критики правы, когда говорят о ней как о «первой великой любовной истории ХХ века». Конечно, роман чем-то шокирует. Но так было со всеми великими любовными романами! «Ромео и Джульетта», «Анна Каренина», «Мадам Бовари», «Красное и чёрное» – все эти произведения производили на современников шок».

ITC – I Love Yolandi Visser

Ричард Корлисс считает: «Расхождения в возрасте между набоковской Лолитой (12 с половиной лет) и кубриковской (скажем, 14 с половиной)… характеризует основное отличие фильма от романа. В книге речь идёт о совращении малолетней, а в фильме – об уловках девочки-подростка, которым она могла научиться за эти два года: она поняла свою власть над мужчинами». А вот Бакстер: ««Лолита» больше походит на чёрную комедию нравов, чем на сексуальное преследование, изображённое в романе». Сам Кубрик – версии 1968 года – думает так: «Хотя в фильме сохранялась психология персонажей и настроение романа… в нём не было столько эротики, сколько бы можно было вложить в него сейчас». Лучше всех об этом сказал Нэрмор: «Мне думается, что решение Кубрика опустить откровенные сексуальные сцены и понизить эротический градус романа по многим причинам пошло экранизации на пользу. Как писатель Набоков имел возможность углубиться в физиологию, не опускаясь до порнографии, – в кинематографе задача практически невыполнима. (Если вы сомневаетесь в верности этого тезиса, посмотрите снятую Эдрианом Лайоном в 1997 году экранизацию «Лолиты» в жанре софткора – нимфетка так и просится в модели «Victoria`s Secret».) Набоков, кстати говоря, опечалил многих читателей, изложив эротические сцены игривым и изящным литературным стилем – у порнографических романов принцип в корне иной. В литературе подобного рода, объясняет писатель, секс по ходу повествования должен становиться всё более интенсивным и извращённым, «слог, структура, образность – ничто не должно отвлекать читателя от его уютного вожделения». Кубрик и Харрис это понимали и не видели необходимости мусолить вуайеристские радости Гумберта. Как выразился Харрис, «к откровенности мы отнюдь не стремились», особенно учитывая, что подавляющее большинство зрителей и так заранее знали, о чём книга Набокова. Вообще, подозреваю, некоторых из тех, кто ругал фильм за отступления от первоисточника, просто разочаровало отсутствие секса на экране». И вот так, ещё точнее: «Следует сказать, что Кубрик и Харрис сознательно стремились к той «простоте», за которую «Лолиту» чаще всего ругали. Они хотели снять солидный, очень прямолинейный фильм, который и увековечит, и в чём-то спародирует добротную голливудскую романтическую комедию».

И не будем также забывать о жестокости этого фильма, о его кошмарной и пугающей стороне. Откуда это – понять очень просто. Кубрик и Набоков – при всей их гениальности – это Ларсы фон Триеры своей эпохи. Для них любовь – синоним смерти, страдания, разочарования. О Боге вообще не может быть и речи! Их миры – какими бы совершенными с точки зрения архитектуры слога и образа они ни были – отпугивают и страшат. Об этом – угадайте кто! – пишет Нэрмор: «Если книга и фильм действительно о любви, то они подходят к теме с изрядной долей иронии, как будто сдабривают чёрным юмором идею Пруста о том, что в любви не бывает равенства. Все переплетённые страсти в этой истории дико неуместны и заведомо обречены. Возможно, как говорит Лолита, «так устроена жизнь». Любовь начинается с эротического влечения к недосягаемому или запретному объекту, но всегда рискует перерасти в безнадёжный идеализм, с одной стороны достойный восхищения, а с другой – смехотворный». И так, в самое яблочко: «Единственный противовес боли и смерти, который Стэнли Кубрик предлагает зрителю и в «Лолите», и в поздних своих работах, – это бесстрастная кинематографическая красота». Вот мы и докопались до сути. В этом – соль солей Кубрика.

Brian EnoCold

А на финал – мы снова вернёмся к Линчу. С нашей точки зрения – неприметных авторов «Киновед» – «Лолита» восхищает не скандальностью, не актёрской игрой, не режиссурой – хотя всё это интересно и сильно, – но воссозданием какого-то неведомого духа, необъяснимого настроения в стиле «Сансет бульвар». На сайте «Киномания» есть такие слова: «Джон Бакстер писал: «Набокова беспокоило, что его произведение переносят в реальный мир, что оно овеществится. «Лолита», по его словам, есть чистый вымысел, нереальный и нереализуемый, любая экранизация в любом случае будет лишь приблизительной». Тем не менее, после выхода фильма на экраны писатель всячески хвалил Кубрика». А вот – жена Кубрика: «Стэн всегда считал «Лолиту» фантастической книгой, потому что там ясно давалось понять, что добро и зло выглядят не так, как мы того ожидаем». Кино-«Лолита» фантастична – вот что мы хотим сказать. Этот фильм уводит зрителя в мир, о котором сложно говорить внятно. Это своего рода киновселенная, «нежный кубриковский кошмар». И вот – что для нас всего важнее – странствовать по этому миру удивительно интересно! Так что мы – во всех немыслимых смыслах! – любим «Лолиту» Стэнли Кубрика.

Всё. До свидания!

* чтоби иметь возможность комментировать и читать комментарии зарегистрируйтесь или залогиньтесь